+7 (495) 249-04-28с 10.00 до 18.00 пн-пт
+7 (495) 545-70-76с 9.00 до 22.00 пн-вс
+7 (499) 755-81-75с 8.00 до 22.00 пн-вс
Хорошо смеется тот, кто смеется в последней инстанции.
Подпись
Председатель коллегии: Лунёв Алексей Владимирович, адвокат
Председатель коллегии адвокатов Лунёв Алексей Владимирович Верхняя рамка контента сайта коллегии адвокатов Ручка адвоката

Проблемы квалификации деяний, содержащих признаки составов преступлений

Проблемы квалификации деяний, содержащих признаки составов преступлений: организации преступного сообщества (преступной организации) и бандитизма

Современная организованная преступность является достаточно сложной криминальной системой организованных преступных групп и преступных сообществ (организаций), осуществляющих социально опасную деятельность. С принятием УК РФ 1996 года в правоприменительной практике возникла проблема разграничения таких видов преступных групп, как банда и преступное сообщество.

Возникшая в правоприменительной практике проблема разграничения и правильной квалификации деяний, содержащих признаки составов преступлений: организации преступного сообщества (преступной организации) и бандитизма тесно связана с необходимым наличием правильного и единообразного понимания определения организованной преступной группы.

Для наиболее эффективного раскрытия понятия организованной группы необходимо обратиться к понятию преступного сообщества. Так, ч. 4 ст. 35 УК РФ устанавливает, что преступление признается совершенным преступным сообществом, если оно совершено сплоченной организованной группой, созданной для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданных в тех же целях. Очевидно, что в основе понятия преступного сообщества лежит понятие организованной группы, в связи с чем сначала необходимо уяснить, что из себя представляет организованная группа. Уголовный кодекс РФ (ч. 3 ст. 35) определяет наличие лишь двух обязательных признаков организованной группы: устойчивость личного состава группы и по целевому признаку, что целью объединения лиц в группу является совершение одного или нескольких преступлений. Позиция Верховного суда РФ по рассматриваемому вопросу имеет более широкий смысл, который заключается в наличии признаков устойчивости, стабильности организованной группы, наличия организаторов, руководителей, осуществления планирования и подготовки преступления. Причем, необходимо отметить, что данная позиция варьируется с учетом категории совершенных в составе организованной группе преступлений. Исходя из смысла уголовного закона и правоприменительной практики, организованная группа определяется как устойчивая, стабильная группа лиц, заранее объединившаяся для совершения одного или нескольких преступлений, имеющая организаторов и руководителей, участники которой планируют и подготавливают совершение различных преступлений.

Исходя из анализа норм уголовного законодательства в части определения преступного сообщества, некоторые авторы придерживаются позиции отнесения к числу преступного сообщества объединения двух и более организованных групп. Таким образом, организованная группа преобразуется в структурное подразделение преступного сообщества. Для определения правильности отнесения организованной группы к структурному подразделению преступного сообщества необходимо обратиться к понятию структурного подразделения, которое представляет собой группу двух или более лиц, включая руководителя, которая в рамках и в соответствии с целями преступного сообщества осуществляет определенные действия по подготовке преступлений, обеспечения преступного сообщества оружием, транспортом и иными техническими средствами, установления связи с должностными лицами государственных органов и другие действия. Таким образом, представляется, что отнесение организованной группы к структурному подразделению преступного сообщества является верным, в связи с некоторым совпадением содержания данных понятий и прямым указанием на включение в преступное сообщество нескольких организованных групп в части объединения их организаторов, руководителей или иных представителей. На основании вышеизложенного не возникает сомнений в том, что организованная группа может рассматриваться с точки зрения структурного подразделения преступного сообщества.

Но на практике возникает еще более сложная проблема в части разграничения квалификации таких составов преступления как создание преступного сообщества и бандитизма. Данная проблема разграничения указанных составов преступления, прежде всего, выражается в позиции идеальной совокупности указанных составов преступления при условии изначального создания банд и последующего преобразования нескольких банд в структурные подразделения преступного сообщества.

Данная позиция правоохранительных и правоприменительных органов представляется неверной по следующим основаниям. Идеальная совокупность преступлений характеризуется единым преступным деянием, которое причинно обуславливает наступление разнородных последствий или нескольких последствий, что причиняет ущерб различным объектам, охраняемым разным статьями Особенной части УК РФ. Во-первых, в рассматриваемом случае мы имеем два состава преступления, посягающие на идентичный объект – общественную безопасность, которая является непосредственным объектом указанных преступлений. А при наличии идеальной совокупности непосредственные объекты посягательства должны состоять из различных общественных отношений. Во-вторых, как было указано выше, идеальная совокупность характеризуется единым преступным деянием, которое обуславливает наступление разнородных или нескольких последствий. В рассматриваемом случае такие преступления как организация преступного сообщества и бандитизм не могут быть совершены единым преступным деянием в силу разновременности их совершения. А именно, изначально создается банда, после чего созданная банда принимает форму структурного подразделения преступного сообщества. Исходя из вышеизложенного, представляется невозможности наличия идеальной совокупности указанных составов преступления в рассматриваемом случае. Кроме того, необходимо отметить, что если организация преступного сообщества выразилась исключительно в признаках бандитизма, содеянное должно полностью охватываться составом бандитизма. Идеальная совокупность исключается, исходя из общих правил квалификации и с учетом принципа прямого действия – никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление (ч. 2 ст. 6 УК РФ). Таким образом, на практике имеет место неправильное применение уголовного закона в части излишней квалификации действий конкретных лиц.

Также, представляется достаточно интересной позиция отнесения банды к структурному подразделению преступного сообщества. Такого рода проблема возникает в связи с неправильным толкованием уголовного закона в части невозможности рассмотрения организованной устойчивой вооруженной группы, состоящей из двух или более лиц, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации, в качестве структурного подразделения преступного сообщества. Аргументация невозможности такой правовой конструкции обуславливается, прежде всего, положениями Постановления Пленума Верховного суда РФ «о практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» в части отличия банды от иных организованных групп наличием вооруженности. Банда создается для более опасной деятельности, создание вооруженной банды является оконченным преступлением, так как именно с этого момента у банды имеется возможность применить насилие для достижения поставленных целей. Кроме того, проблема обособленного положения состава бандитизма в действующем УК РФ продолжает оставаться предметом многочисленных дискуссий. Законодатель выделяет процесс создания банды в самостоятельный состав преступления, в связи с чем возникают определенные трудности в возможности отнесения банды к одной из форм соучастия в преступлении. Многие придерживаются позиции о том, что банда является одной из разновидностей форм соучастия в преступлении, поскольку неизменно представляет собой умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления (ст. 32 УК РФ). Такого рода позиция представляется целесообразной в связи с применением присущих банде признаков вооруженности и специальной цели.

Кроме того, в соответствии с положениями ст. 35 УК РФ (общие нормы УК РФ) преступное сообщество, являясь наиболее тяжкой, опасной разновидностью соучастия, представляет собой лишь особый вид организованной группы, отличающейся от иных организованных групп, в первую очередь, своими целями и степенью сплоченности ее членов. Общая часть УК РФ предусматривает ответственность за совершение преступлений в соучастии, не определяет такие формы организованных групп как банда, как особую форму соучастия, предусматривая в специальных нормах Особенной части УК РФ ответственность за совершение преступлений в составе различных видов организованных групп с учетом специально определенных Особенной частью УК РФ признаков. Как уже указывалось выше, нормы УК РФ определяют бандитизм как более опасное преступление, чем преступное сообщество в силу наличия признака вооруженности. Невозможность квалификации невооруженной организованной группы в любой ее форме как бандитизма, не предоставляет возможности квалификации бандитизма как преступного сообщества, учитывая положения ч. 3 ст. 17 УК РФ, ограничивающей возможность оценки подобных случаев как совокупности преступлений и предусматривающей ответственность лишь по специальной норме – бандитизм (ст. 209 УК РФ).

Таким образом, признак вооруженности состава бандитизма является отличительной чертой данного состава преступления, и в силу наличия данного признака банда не может рассматриваться в качестве организованной группы, входящей в состав преступного сообщества. К сожалению, на практике вопросы квалификации банды в качестве структурного подразделения преступного сообщества решается иным способом.

На основании вышеизложенного, позиция о невозможности наличия идеальной совокупности таких составов преступления как организация преступного сообщества и бандитизма при условии изначального создания банд и последующего преобразования нескольких банд в структурные подразделения преступного сообщества представляется наиболее целесообразной и верной с точки зрения смысла уголовного закона. Также, при наличии в совершенном деянии признаков устойчивости, сплоченности, наличия организаторов и руководителей преступных групп , стабильности состава, тесной взаимосвязи между членами преступных групп, согласованности их действий, а также признака вооруженности организованной преступной группы квалификация действий данного лица или лиц необходимо производить с учетом положений ч. 3 ст. 17 УК РФ, а именно: если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме, и бандитизм в рассматриваемом случае должен рассматриваться как специальная норма по отношению к организации преступного сообщества.

Выпускница Российской академии правосудия

при Верховном суде РФ и Высшем Арбитражном суде РФ

Забродина Мария

Наверх